|
Из БОМЖей во "дворяне"
Самый широкий спектр чувств и эмоций вызывает у простого россиянина одна категория граждан — «бомжи» — от лютой ненависти и вражды непримиримой (мол, сами виноваты в своих бедах) до желания помочь, что-то сделать для этих людей. На общем фоне неразберихи во многих вопросах нашего с вами бытия и неоднозначных оценок повседневности города Социальный центр «РОСТОК» предлагает реальную помощь дезадаптированным людям, потерявшим надежду в жизни и неспособным выжить в нашем с вами «процветающем и развивающемся обществе». Пока вокруг ругаются и вздыхают, винят во всем администрации городов и краев, мы решили начать что-нибудь делать. Первым таким начинанием стал приют под названием «Дворянское гнездо», трехкомнатный домик, в котором по сезону набивалось до сорока, а то и больше таких бедолаг. Это было несколько лет назад, за это время мы разрослись до четырех приютов, два из которых — дома милосердия для инвалидов и престарелых людей. Администрация города выделила нам цокольное помещение в одном из районов Владивостока, и сейчас это официальное место, куда мы приглашаем городских чиновников и местные СМИ посмотреть и послушать, как живут бывшие «бомжи» и «отбросы» нашего же с вами общества. Люди по-разному попадают к нам. Вот несколько реальны, непридуманных историй из жизни наших постояльцев: Петр, 27 лет. Мать и отец сидят за торговлю «наркотой», у обоих большие сроки. Один из братьев — наркоман. Родственники выставили его из дома за ненадобностью, как старый шкаф, у которого закончился срок службы. В результате Петр лишился документов, будущего, зато «приобрел» инвалидность. Андрей, 36 лет. Спортсмен, мастер спорта. После службы на Дальнем Востоке женился и запил. Расстался с женой и приехал во Владивосток в надежде на хорошие заработки. Здесь ни родных, ни близких, приняли те, кто принимает всех, — уличные «бомжи». Там же избили до полусмерти. К нам его принесли неспособным ни ходить, ни говорить, ни ухаживать за собой… Любовь Иосифовна, 71 год. Сам по себе ее возраст достоин уважения и, казалось бы, это время пожатия плодов. Но ее жизнь сложилась по-другому. Приемная дочь и родная сестра отказались от нее. Ее направили к нам из одного приморского города. В приюте она ожидает дальнейшего определения судьбы: лучший вариант, по ее мнению, — Дом престарелых. Это только три судьбы из сотен людей, прошедших через наши приюты… Много людей привозят к нам из больниц и отделений Скорой помощи. Иногда они не способны сами выйти из машины, и их «выгружают» за ноги и за руки, как мешки с картошкой. Они никому не нужны, кроме нас. Это не желание прославиться, это, увы, реальность. Одно из отделений нашего приюта называется «Пред вратами вечности». Его задача — проводить людей в вечность достойно. За время нашей работы семь человек, безнадежно больных, умерли или, лучше сказать, успокоились здесь и были похоронены не в братской могиле с номерной биркой на ноге, а как нормальные люди. Троих из них нам «передали» с четвертой степенью рака. История людского горя и страданий — это история нашей работы и служения людям. Но согревает и дает силы продолжать делать это не только сострадание к людям, но и видимые результаты: восстановленные судьбы, исцеленные сердца, светящиеся благодарностью глаза людей, обретших надежду. А если бы и не так, мы все равно будем трудиться и служить людям, потому что не можем по-другому.
Филатов Алексей, Центр социальной помощи «Росток
|
«От
сумы и от тюрьмы не зарекайся…», — так гласит
народная мудрость. Нужно помнить, что никто не
может гарантировать, что нормальная жизнь, идущая
своей чередой, не изменится вдруг в результате
печальной ошибки или тяжелых обстоятельств.