Я пишу свое послание на слезах, и перед сном на цыпочках поднимаюсь по лестнице и подбрасываю его Тебе под дверь. Когда я на Тебя сердита, я знаю, что Ты — там, даже если Ты не отвечаешь на мой стук, даже если Твой дворецкий приоткрывает дверь на сантиметр и хлопает тысячью своих крыльев от неудовольствия, из-за столь неуместного вторжения, и говорит, что Хозяина нет дома. Я люблю тебя, Мэдлин. — Любящий Бог.
(Вот так я обхожусь со Своими друзьями, сказал Он одной великой праведнице. Неудивительно, что у Тебя их так мало. Господи, отвечала она). Я не могу подставлять другую щеку. Мне стоит всех моих сил, чтобы удержаться и не ударить в ответ кулаком — когда солдаты застрелили ребенка, когда мальчишки грубят старухе, когда нищие полны стонов, — пока искатели удовольствий пинают друг друга, чтоб раньше других им проштамповали билеты.

Я возвращаю свой билет и рекомендательное письмо.

Зачем Ты разрываешь мое сердце?
Как я могу написать Тебе, чтобы поведать, что сержусь, когда мне дали неверный адрес и я даже не знаю Твоего настоящего имени?

Я беру молоток и гвозди и прибиваю свое послание к двум скрещенным кускам дерева.

Дорогой Бог, не слишком ли много — просить Тебя побеспокоиться быть?
Яви хотя бы спину и позволь услышать твой плач.

С любовью, Мэдлин

Мэдлин Л. Энгл, Погода сердца

Источник: "Место для Бога", Дон Постема