Воскресенье, 7.00 утра. Рыбный рынок Гамбурга. Посреди толпы появляется экзотическое лицо, пестро и почти полностью татуированное. В ушах висят разнообразные серьги, нос украшен туземным кольцом. Голова увенчана пучком длинных волос, как у индейцев племени ирокез - эта прическа и дала ее владельцу имя. Посетители рынка не знают толком, как вести себя с этим одетым в черную кожу типом. Его старая кожаная куртка и цепи были не только символом силы и жесткости - они были также его фирменным знаком.
Меж тем Рокки-Ирокез снял свое кожаное облачение. Вряд ли кто-нибудь знал, почему и зачем он сделал это, но все чувствовали, что сейчас должно что-то произойти...

От тоски и одиночества Герхард искал общения: на людей, которые были рядом, нельзя было положиться. И все безуспешно. Он решил защитить себя — купить тяжелый мотоцикл, который мог бы дать ему свободу и «крылья». Он теперь также знал, чего стоит маска, и хотел при помощи специалиста усовершенствовать татуировки. Он поехал в Гамбург и обратился к одному татуировщику, который одновременно работал на телевидении гримером.
В этот раз Герхард был татуирован по всему телу, ни клочка кожи не осталось чистой. Цена была пятизначной.
Испуганно смотрели на него теперь люди, когда он заходил в закусочную, чтобы заказать гамбургер или чашку кофе. Эффект был потрясающим.
Его пригласила одна рок-группа: восемь юношей и четыре девушки. Это были люди, которым нечего терять, которые ни о чем не спрашивают, которые его приняли таким, каким он был. Их общий девиз гласил: «Дерьмовое общество нам до фонаря!»
Все были татуированы. Все носили кожу. Все были ксенофобами, особенно ненавидели турок.
Через некоторое время его новые друзья предложили ему стать членом секты сатанистов. Герхард согласился и вскоре стал «черным монахом». На его левой руке можно было прочитать надпись «Рокер», на правой руке был вытатуирован его чин: «Рок-Ко», что значило «Рокер-командир группы». Он начал делать вещи, которых от себя не ожидал: «Если меня задевали, я мог убить обидчика, ужасаясь самому себе — это же не я, не я...» Со временем дело дошло до краж со взломом, воровства, тяжелых телесных повреждений со смертельным исходом... Сомнений не оставалось: он принадлежал не себе, а иным силам.
Шоу-бизнес. Рокки на улице познакомился с Удо Линденбергом. Они сразу понравились друг другу. Удо посвятил Рокки свою песню: «Ну и что!» Он предложил ему работу, небольшие кинороли и даже поехать с ним на гастроли.
Благодаря Удо отношение окружающих к Рокки поменялось. Управляющий сберегательной кассы, который недавно выставил его за двери, теперь любезно предоставил ему кредит. Татуированные друзья в кожаных доспехах увеличивали дистанцию, хотя любили время от времени показываться в обществе Рокки — может быть, ради отблеска славы, который сейчас лежал на нем.
Лучшие минуты — это выступление на сцене, когда бесновались фаны и выкрикивали его имя. Это опьяняло. Несколько мгновений держать в своей власти тысячи людей — какое наслаждение! И какой обман! Люди стремились к нему, но никто из них не знал его.
Эти минуты проходили, и Рокки чувствовал себя одиноким, как отшельник в пустыне. Никто не мог спасти его от растущего страха одиночества. Он не знал таких людей.
Мысли о бегстве возникли очень скоро — Рокки хотел бросить выступления, прервать гастроли. Все чаще он запирался в своей гримерной.
Удо как продюсер концертов обратился за советом к одной известной рок-певице. Она прибегла к жестким мерам — гастроли должны были продолжаться, чего бы это ни стоило. Через четверть часа после первой инъекции героина Рокки «выдал» свое лучшее выступление.
Игла, став ценой дружбы или места в тарифной сетке, скоро поглотила все его гонорары. Употребление наркотиков в шоу-бизнесе тесно связаны друг с другом как в Германии, так и за ее пределами.
Там, где жизнь проживают как кратковременную игру, люди хватаются за наркотики. В этой среде радуются, когда кто-то становится наркоманом, как радуется дьявол, заполучив новую душу. И посредники, как и сатана, платят хорошую цену.
Во время выступлений Рокки полностью отдавал себя в руки сатаны:
«С помощью сатаны я мог в Эссене, Франкфурте или Мюнхене сделать из рок-концерта шабаш ведьм. В считанные минуты я мог так завести людей, что они превращались в чертей. Тяжелый рок, в котором текст песен не имеет значения, потому так опасен, что управлять людьми начинают злые силы».
1984 год стал пиком и концом шоу-карьеры Рокки. Позвонил продюсер и предложил поехать на гастроли. Они также собирались сделать новую пластинку. Но эти планы внезапно оборвались. Рокки вышел из игры. Это был рак. Врачи не давали ему никаких шансов.
Когда Рокки вышел из больницы, на нем уже лежала неизгладимая печать рака. Он отправился домой. Но пустая квартира, одиночество в четырех стенах давили на него. Чтобы не оставаться одному, Рокки часто прогуливался по Гамбургу. В один из таких вечеров он размеренным шагом двигался по привокзальной площади, сохраняя самоуверенный вид сильной личности.
Когда Рокки обогнул здание вокзала, ему на глаза попалась толпа людей. Группа пантомимистов разыгрывала сценку — летом здесь это не редкость. Пьеса была на библейский сюжет, это он понял сразу. Его она не заинтересовала. Рокки повернулся и пошел ко входу. Но перед ним оказался юноша и обратился к нему по-дружески: «Я очень рад тебя видеть».
Рокки попытался вспомнить, откуда он его знает. «Должно быть, по каким-то гастролям», — подумал он. Из-за его внешности многие незнакомые люди узнавали его.
Юноша заговорил снова: «Скажи, что мучает тебя, что ты в таком виде ходишь среди людей? Как должно кровоточить твое сердце!»
Как он это заметил? Как можно разглядеть что-нибудь за искусной маской? За все прошедшие годы это никому не удавалось! Когда Рокки пришел в себя, он заметил, что молодой человек из той компании, с которой он не хотел иметь ничего общего, но было поздно говорить об этом — они уже обменялись адресами.
Ганс, так звали его собеседника, не имел ни малейшего представления, кто такой Рокки. Для него этот размалеванный старый рокер был человеком с раненой душой. Если бы он погнался за «знаменитым Рокки», то никакого разговора не было бы. Именно человек, который ничего не знал о Рокки, который не видел ни одной передачи о нем, проник с первого взгляда в его сердце.
Целый час они сидели вдвоем за одним из столиков в кафе — Ганс и Рокки, чья жизнь до сих пор была смесью криминала, извращений, шоу-бизнеса и оккультизма. Все это было странно: он охотно слушал, откуда-то появились в нем скромность и даже робость. Его поразили простота и открытость беседы. Совершенно очевидно, что перед ним не те притворно-ласковые христиане, которых он встречал раньше, и после встречи с которыми становилось еще хуже.
Ганс позвал гостя к себе. Тому пришлось сделать усилие, чтобы согласиться — он чувствовал, что начинается что-то новое. Дома Ганс попросил разрешения помолиться за Рокки. Хотя Рокки был все еще немного растерян, он чувствовал: таких христиан он еще никогда не встречал; и ему казалось, будто человек из другого мира говорил с ним — и о нем — к Богу.
Вдруг Герхард понял, что все виды зависимости — героин, шоу, извращенный секс — не дают удовлетворения «желаниям», но подхлестывают их так, что однажды потеряют силу. Для него, который совсем недавно был готов отказаться от жизни, не видя в ней смысла, сейчас возникла альтернатива: Иисус или призрачная слава. Иисус как альтернатива??
...И Герхард неожиданно для себя произнес: «Господи, если Ты еще что-то можешь сделать с моей загубленной жизнью, возьми ее в Свои руки». После молитвы он снял свои двенадцать колец и десять серег. С этого дня он стал приходить в Церковь. «Но не надо думать, — говорил он потом, — что я одним махом поднялся над грязью. Я замечал, что Кто-то был рядом и вел меня, хотя злые силы все еще удерживали. Во мне старое боролось с новым».
Отказываясь в молитве от всех своих прежних связей, грехов и желаний, Герхард так ясно видел их порочность, что почти терял сознание. Но узнавая, что Христос его, грешника, любил и раньше, он находил в своем сердце все больше простора для радости. Постепенно приходило освобождение. Его сияющие глаза не лгали. Татуированное лицо и ясный взгляд составляли странный контраст.
Служение умирающего. У Герхарда сразу возникло желание помогать таким же, каким был он, — молодым людям, обманутым и не имеющим надежды. С молодежью он говорил о масках, которые носят все. Герхард рассказывал, как он решил вытатуировать свою собственную маску, что он хотел стать другим человеком, которого боялись бы окружающие. Несмотря на это, Бог Сам отыскал его, но маска навечно осталась на его лице. Он не может ее снять, хотя стал другим человеком, с новым сердцем и новой душой... Молодые люди, которые до сих пор твердили: «Иисус — это сказка!», засыпали Герхарда вопросами. Радикальное изменение этого человека многих заставляло задуматься...
26 ноября Герхард праздновал свое шестидесятилетие, находясь в больнице. Посетителей было не счесть. Герхард, сильно исхудавший, осунувшийся и впервые без своего отличительного знака, ирокезской прически, мог говорить только о любви Божьей. Он не жаловался, что ему было отпущено только два года жизни в Боге. В последние дни жизни Герхард служил и укреплял других. К тому времени вышла книга о его жизни: «Рокки, человек в маске». Это было подобно взрыву «бомбы». Некоторые сутенеры и проститутки покинули бары, чтобы без помех прочитать его историю. Они не знали, что сказать. Многим никогда не приходилось раньше слышать о таком крутом жизненном повороте...
...Герхард умер, когда ему было 60. Полицейский кордон стоял вдоль пути на кладбище. У могилы некоторые рокеры не могли сдержать слез. Многие прямо от кладбища поехали в Молитвенный дом. Как мозаика из пестрой жизни Рокки сидели здесь его татуировщик, панки, проститутки и многие другие. Свидетельство Рокки до сих пор приносит плоды. Многие, подобные ему, сегодня обращаются к Иисусу, находя в Нем то, что не может дать ни наркотик, ни слава — исцеление души и свободу от всех масок.

По книге Михаэля Аккерманна
«Человек в маске»