Большинство современных христиан не слишком любят напоминаний о евреях и об Израиле. К сожалению, это нередко относится и к возрожденным верующим. Как-то я спросил у одного брата, прежде регулярно посещавшего собрания и внезапно прекратившего ходить в церковь, о причине такого изменения, и он ответил: «Я не могу согласиться со всем, что ты исповедуешь. Я не верю, что сегодняшней Церкви так уж важно и необходимо заниматься Израилем. Я не верю, что это необходимо для пробуждения, как ты утверждаешь». Я действительно всегда говорю, что чем больше вы духовно несете бремена Израиля, чем больше молитесь за евреев, тем скорее пробуждение придет в вашу церковь. Но он сказал: «Я не верю, что это так. В Церкви бывали пробуждения задолго до того, как христиане вообще начали думать о евреях. Что ты скажешь о Лютере и Цвингли в эпоху Реформации или о Гусе, или обо всех других пробуждениях? Все это происходило без того, чтобы Церковь придавала хоть какое-то особое значение Израилю».
Он утверждал, что я придаю слишком большое значение Израилю и евреям. Но ведь, на самом деле, это не я, а Господь придает слишком большое значение Израилю! Вся Библия говорит об этом. Слово Божье подчеркивает и выделяет Израиль. Да, бывали пробуждения в прошлом, много пробуждений, но где их плоды сегодня? Ведь, несмотря на все эти пробуждения, сегодняшняя Церковь — это, в целом, Церковь спящая и бездействующая. Большинство тех людей, которые называют себя христианами, духовно мертвы. В них нет жизни, в них нет надежды, нет силы — они мертвы!
Страной, пережившей первое пробуждение, Реформацию, стала Центральная Европа, называемая «Священной Римской Империей». Именно здесь, благодаря труду таких реформаторов, как Гус, Цвингли и, в конце концов, Лютер и Кальвин, христианство пришло к поворотной точке. Здесь был совершен прорыв из католицизма, и была основана Протестантская церковь. Эти же страны, в основном Германия, позже, через служение Графа Цинцендорфа и движение Гернгутеров, пережили еще одно пробуждение. Но спустя всего несколько столетий та же самая страна стала колыбелью «Просвещения», отрицающего истинность Библии, а еще позже, при режиме Гитлера, этот, так называемый «христианский» народ, в своем большинстве последовал за сатаной.
Не поразительно ли, что великая Реформация XVI столетия и пробуждения XVIII века не смогли уберечь народ от атак и обольщения сатаны и что страна Реформации, страна Лютера, Шенкфельда, Цинцендорфа стала также страной Гитлера с его наиболее жестокими и масштабными методами массового уничтожения за всю историю человечства? Я снова хочу подчеркнуть, что наиболее поразительным фактором в первые годы нацистской Германии оказалось слепое следование за Гитлером христиан, которые поначалу всецело поддерживали режим нацистов и из которых немногие выступили против него лишь тогда, когда он начал преследовать Церковь. Таково было духовное состояние христианской Церкви Германии спустя около 400 лет после Реформации.
Более ли утешительную картину находим мы в Швеции, которая, как известно, была также на передовой линии Реформации, и чей король Густав Адольф cыграл решающую роль в утверждении Протестантской церкви в Европе? Сегодня эта страна духовно почти совершенно мертва. Возьмем Британию, страну Нокса и Весли, как она выглядит сегодня. Когда я впервые приехал в Британию из Австралии в 1961 г., я был буквально потрясен общей духовной незрелостью и непробужденностью церквей. Я проповедовал во многих общинах, и часто служители говорили мне, что если они даже и назначат еще одно собрание посреди недели, все равно на него никто не придет. А США, страна, которая была основана верующими христианами, людьми, бежавшими из Европы именно из-за своего стремления к свободному поклонению и истинной зависимости от Бога? Сегодня мы видим Америку зажатой в тисках расовой ненависти и жестокости, с постоянно растущим уровнем преступности и насилия.
Все эти страны пережили большие пробуждения. Люди каялись и получали спасение, возникали молитвенные кружки, образовывались миссионерские общества. Бог работал в этих странах и благословил их обильно. Но, читая Библию и сравнивая результаты этих пробуждений с плодами ранней Церкви и первых верующих, которые были преследуемы, истязуемы, убиваемы и, все равно, смогли «перевернуть мир вверх дном», — мы видим огромную разницу. Греческое слово «свидетель» — «martureo» — вошло в большинство языков как слово, обозначающее мученичество и смерть верующих, потому что почти всегда именно таков и был результат их свидетельств. Не должны ли мы, следовательно, задаться вопросом: почему же эти свидетельства первых христиан имели столь далеко идущие последствия, каким образом через них огромные, особенно по сравнению с первоначальным количеством учеников, множества людей были обращены ко Христу, и христианство покорило весь цивилизованный мир?
Я не знаю, пытался ли кто-либо уже ответить на вопрос, почему сегодняшнее христианство, несмотря на все пережитые им пробуждения, находится в упадке. В сравнении с другими религиями христиане составляют явное меньшинство и процент их постоянно уменьшается. В течение долгого времени все эти вопросы преследовали меня, и я начал искать ответ на них.
Встречая во время своих поездок множество верующих из различных деноминаций, выступая на многих собраниях, я, к своему изумлению, обнаружил, что большинство этих христиан пребывают в полнейшем невежестве как в отношении целей Божьих с Его народом, так и в отношении ответственности Церкви перед евреями. Многие христиане, и среди них даже служители, рассказывали мне, что основание государства Израиль потрясло их и перевернуло их убеждения и представления о евреях, некоторые признавались в своем прежнем полнейшем непонимании всего, что касается Божьих обетований Израилю. «Нас всегда учили, что все эти обетования уже осуществлены в Церкви», — говорили они.
Однажды я выступал на братском собрании служителей. Сразу после моего выступления один из пасторов вскочил и сказал: «Но ведь все обетования Божии для Израиля были осуществлены Христом и действуют в Церкви».
Этот же служитель позже попросил меня выступить на собрании братьев в его церкви. В ответ на высказанную мною по этому поводу просьбу не курить во время моего выступления, он затушил свою сигарету со словами: «Что ж, потерпим немного».
После моей проповеди, главным мотивом которой был призыв верующих к святой и праведной жизни, он быстро поднялся и сказал: «Не принимайте слишком серьезно того, что говорил мистер Тейн. Святой Петр был грешником, и именно таким я его люблю», — и с этими словами он схватил бутылку вина и начал опустошать ее. Он в качестве члена «духовного Израиля», то есть Церкви, чувствовал себя вправе предаваться всем плотским утехам, потому что, объяснил он мне, они были благословениями Бога ветхому Израилю.
Эта и другие, подобные ей истории, привели меня к пониманию того факта, что упадок христианства есть, главным образом, результат движения в совершенно неправильном направлении. «Поезд» христианства, отведенный на неправильные рельсы в IV веке, продолжает двигаться в неверном направлении, несмотря даже на некоторые коррективы, внесенные в XVI веке. Постепенно мне становилось ясно, что причиной этого упадка является нежелание и неспособность Церкви признать важность Израиля в Божьем плане. Пробуждения, имевшие место в истории, были необходимы для того, чтобы искоренить множество заблуждений, проникавших в Церковь и превращавших ее в церковь еретическую. Те, через кого действовал Господь в этих пробуждениях, видели нужду в Церкви, но они не сумели увидеть Израиль.
Всю христианскую доктрину, на которой основана Протестантская церковь, можно найти в Послании к Римлянам. Мы знаем, что Мартин Лютер понял ошибку католической церкви именно во время чтения послания к Римлянам. Это, в конце концов, и привело его к прорыву из католицизма. Мы можем быть уверены, что в этом послании содержится абсолютно все, что верующий должен знать и применять в своей жизни как ученик Христа. И вот в центр именно этой, центральной своей книги Павел помещает главы об Израиле — 9,10 и 11-ую главы.
Я не раз слышал, как проповедники говорили, что продолжение главы 8 мы находим в главе 12 и что главы 9,10 и 11 представляют собой лишь случайную вставку, не имеющую никакого отношения к основополагающим доктринальным истинам послания. Я убежден, что такое предположение оскорбляет как образованность, так и искренность Павла, и может быть лишь результатом глубокого непонимания его письма. Павел не делил свое послание на главы, как разделено оно в нашей Библии, но писал его подряд, предложение за предложением, и свойственный ему систематический метод, вряд ли сочетается с предположением о том, что мысли его внезапно отклонились совершенно в другую сторону и что до конца 11 главы он не мог вернуться к своей первоначальной теме.
По моему мнению, в трех этих пренебрегаемых главах послания к Римлянам — самая суть и сердцевина учения Церкви Иисуса Христа. Мы не сумеем понять по-настоящему этих глав, если не прочитаем Послание с начала и до конца главы 8, наполняющей нас глубокой уверенностью в любви Божией во Христе Иисусе. Но аналогичным образом — и это крайне важно! Мы не можем перейти потом к 12 главе, если не вникнем глубоко в главы 9,10 и 11, потому что христианская Церковь и ее святые никогда не должны забывать об Израиле.
Мы знаем, насколько сердце Павла болело за его народ, за евреев, знаем, что сам он никогда не забывал об особом месте Израиля в общем плане Бога для всего человечества. Судя по тексту, Павел сам все более и более был охватываем удивлением и восхищением, когда, по мере написания этого письма, Божий план для Израиля и для Церкви все полнее открывался ему. В заключительных стихах 11 главы, ст. 33-36, он дает выход этому удивлению и восхищению: «О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! Как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его! Ибо кто познал ум Господень? Или кто был советником Ему? Или кто дал Ему наперед, чтобы Он должен был воздать? Ибо все из Него, Им и к Нему. Ему слава во веки. Аминь».
Это поистине поразительно, что исследователи Библии проглядели тот факт, что глава 12 начинается со связки «итак», всегда являющейся продолжением мысли. Неужели они готовы допустить, что такой глубокий и последовательный мыслитель, как Павел, внезапно возвращается в ходе своих рассуждений к тому, о чем говорил много страниц назад? Они не желают понимать, что в устах Павла призыв к посвященной и освященной жизни тесно связан с необходимостью свидетельства Церкви Израилю, как это с самого начала и задумано Богом. Они проглядели, что связка «итак» вводит нас в заключение, выведенное автором из предшествующих предложений, и что мы, следовательно, должны соединить первый стих главы 12 с утверждениями, сделанными Павлом в конце главы 11. Возвращаясь же к концу 11 главы, мы читаем: «Так и они (евреи) теперь непослушны для помилования вас, чтобы и сами они были помилованы» (ст. 31), а это, в свою очередь, возвращает нас к стиху 11 этой главы. Лично я верю, что это — ключевой стих для понимания отношения Израиля и Церкви, как оно задумано Богом: «Итак, спрашиваю: неужели они преткнулись, чтобы совсем пасть? Никак. Но от их падения спасение язычникам, чтобы возбудить в них ревность».
Отвержение еврейским народом своего Мессии было необходимо для того, чтобы язычники смогли услышать Евангелие. Спасение же язычников и собирание их в Церковь, в Тело Христово, через их исполненные любви и силы свидетельства должны возбудить в евреях ревность и обратить их к Иешуа.
Что на практике это должно означать? Это должно означать, что, когда бы и где бы ни соприкоснулись евреи с верующими христианами — будь это в общественной жизни, в бизнесе или в учебе, — по прошествии какого-то времени они вынуждены будут задаться вопросом: «Что в них есть такого особенного, в этих христианах? Откуда у них этот мир, эта власть, это бесстрашие, эта самоотверженная любовь и это владение собой? Что за удивительной жизнью они живут! И я хотел бы жить такой жизнью». Встретившись с верующим во Христа, еврей должен позавидовать живой вере христианина и возревновать о том же для себя. Так я понимаю слова Павла.
В отказе Церкви увидеть и принять этот Божий план, открытый ей Богом, коренится, на мой взгляд, основная причина заблуждений и поражений Церкви. Будучи евреем, с ранних лет испытавшим на себе враждебность и ненависть «христиан» к евреям, я с болью в сердце должен признать, что христианская Церковь практически полностью провалила доверенную ей Богом задачу. Христиане не возбудили ревности в нас, евреях. Мы не видели в них ни силы любви, ни радости и мира освященной, праведной жизни. Напротив, многие из них даже не пытались скрыть своего презрения и своей враждебности по отношению к нам, евреям. В этом и состоит величайшая трагедия полнейшего непонимания между евреями и христианами: все эти века Церковь видела в Израиле народ, отверженный и проклятый Богом, обреченный Им на бесчисленные страдания за свои преступления против Него, евреи же видели в христианах своих самых страшных врагов и преследователей. Христианская церковь не обратила внимание на предостережения Павла и не вспомнила слов Господа о том, что «спасение от Иудеев» (Иоан. 4:22).
Я думаю, большинство христиан согласится со мною в том, что жизнь верующих не слишком часто свидетельствует о том, что «любовь Божия излилась в сердца наши», и что самый главный, по слову Самого Господа, признак Его учеников: «По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Иоан. 13:35), очень часто отсутствует в нас. Я слышал много раз слова неверующих о том, что они не могут увидеть в Иисусе выражение любви Божьей, потому что не видят любви между христианами. Евреи вообще не верят в то, что Бог может любить христиан, потому что на протяжении веков они испытывали столько страданий от руки христиан. Мы довольно часто встречаем людей, не имеющих никаких отношений с Господом Иисусом и, тем не менее, являющих гораздо больше любви и заботы о других, чем многие христиане.
Иисус говорит о нашей любви друг ко другу как о том, по чему «узнают все, что вы Мои ученики». Неверующий мир должен узнавать нас, главным образом, по любви — но сколько раз мне приходилось слышать: Я не могу верить во Христа, потому что я не вижу любви в христианах».
А теперь я скажу то, что, вероятно, поразит вас. Я убежден, что недостаток любви среди христиан в огромной степени есть следствие недостатка любви к евреям. Любовь Божья в своей полноте включает в себя любовь к Его народу и, излившись в сердца верующих, она не может быть истинной, если любовь к евреям исключена из нее.
Во время Своего земного служения наш Господь являл глубокую любовь к Своему народу, и я убежден, что, когда Он взошел на крест, любовь к Израилю и предвидение его будущих страданий в немалой степени стали частью Его крестной скорби и муки. Мы часто слышим, как люди сопереживают той физической боли, которую пережил Господь на кресте. Как-то мы гостили в одном из Протестантских женских орденов, в котором каждый день было специальное молитвенное время в воспоминание о страданиях Христовых. Они были весьма раздосадованы, когда я сказал им, что Господь не ждет от нас такого ежедневного оплакивания только Его физических страданий, потому что мы знаем, что агония, которую Он пережил, была в огромной степени также и духовной.
Когда в Гефсиманском саду, «находясь в борении», Он молился до кровавого пота, когда Он ужасался, и тосковал, и скорбел смертельно, перед глазами Его проходил грех всего человечества, и Он знал, что Ему предстоит взять на Себя эту страшную ношу. Большинство христиан понимает, что именно в этом была основная причина Его страданий, но многие ли осознают, что частью Его агонии было и предвидение Им будущих страданий Своего народа? Это так ясно выражено в словах, произнесенных Господом во время крестного пути на Голгофу и обращенных к еврейским женщинам: «Дщери Иерусалимские! Не плачьте обо Мне, но плачьте о себе и о детях ваших. Ибо приходят дни, в которые скажут: «Блаженны неплодные, и утробы неродившие, и сосцы непитавшие!» Тогда начнут говорить горам: «Падите на нас!» И холмам: «Покройте нас!» Ибо, если с зеленеющим деревом это делают, то с сухим что будет?» (Лук. 23:18-31).
Все будущие скорби еврейского народа проходили перед Его глазами. Разрушение Иерусалима, преследования евреев церковью в дни инквизиции, погромы, учиняемые Русской православной церковью, концлагеря и газовые камеры Гитлера и, наконец, великая скорбь, которую нам еще предстоит пережить, — я думаю, что все это составляло едва ли не самую страшную часть в Его смертном страдании. Но и умирая, Господь являл Собой вечную любовь Бога к евреям — ибо о них была Его последняя молитва: «Отче! Прости им, ибо не знают, что делают» (Лук. 23:34).
Один из аспектов этой вечной любви Господа к Своему народу — Его постоянное участие в их скорбях и в их страдании. Возможно, нам трудно представлять себе Бога страдающим, мы смотрим на Крест лишь как на кратковременное мучение Господа, но я думаю, это неверно. В книге пророка Захарии 2:8, мы читаем: «Ибо касающийся вас, касается зеницы ока Его». Исаия 63:9 говорит: «Во всякой скорби их Он не оставлял их».
Поразительно, как советский писатель-еврей, Илья Эренбург, увидел Иисуса страдающим в вечности вместе со всеми преследуемыми евреями. Он рассказывает историю бедного еврея в средневековом итальянском городе. В этом городе каждый год на Масленицу выбирали одного еврея для развлечения христианских священников и дворян. Обычно это был самый бедный еврей в городе, и он должен был «состязаться», убегая от преследующего его всадника. Никогда ни одному еврею не удалось закончить это состязание, его всегда затаптывали насмерть.
И вот состязание началось. Обреченный на смерть еврей начинает свой последний бег. Все ближе и ближе раздается стук копыт. Он не решается даже посмотреть назад. Он пытается бежать, только бежать, чтобы еще хоть на мгновение продлить свою несчастную жизнь. И внезапно он видит еще одного человека, бегущего рядом с ним, еще одного еврея.
«Что ты здесь делаешь? Тебя убьют! — кричит несчастная жертва. — Уходи! Уходи! Это я должен бежать и умереть!»
«Я тоже должен бежать, — отвечает незнакомец. — Я бегу здесь каждый год вместе с бегущим на смерть евреем. Меня зовут Иисус, и нет Мне покоя, потому что они убивают многих из народа Моего во имя Мое».
Автор этих строк сумел увидеть вечное страдание Христа вместе с Его возлюбленным народом. Любовь Божья во Христе Иисусе, излившаяся в сердца христиан Духом Святым, может приносить плоды в их сердцах, если они не исключат евреев из этой любви. Иногда эта любовь может быть даже не осознаваемой ими до времени, но, действуя в их сердцах, она, во всяком случае, сохранит и убережет их от ненависти к Его народу.
В начале 9-ой главы Римлян апостол Павел убедительнейшим образом свидетельствует об этой полноте и единстве любви Божьей. Позволю себе еще раз напомнить, что в оригинале Павел отнюдь не начинает здесь новой главы или даже нового абзаца, поскольку послание безо всякого деления. Лишь сейчас Павел выдохнул из самой глубины сердца свои потрясающие душу слова о любви Божьей, которыми кончается восьмая глава, стихи 38 и 39: «Ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем».
Но, по мере того, как он пишет о любви Божией вообще, великая любовь Божия к евреям, «родным по плоти», буквально захлестывает его сердце. Пытаясь обрисовать читателям своего письма эту великую любовь Бога к Израилю, Павел, очевидно, понимает всю сложность этой задачи и, вероятно, даже опасается, что они могут не поверить его словам. Именно поэтому он с первых же слов заверяет их в том, что говорит истину, призывая при этом — и это весьма показательно — Святого Духа в свидетели.
Мы знаем, что именно Дух Святой изливает любовь Божью в наши сердца. Эта любовь Божья всегда должна включать в себя Его глубокую, непреходящую любовь к Его народу. Павел демонстрирует ее безграничную глубину, говоря: «Я желал бы сам быть отлученным от Христа за братьев моих, родных мне по плоти», — то есть он, по сути, выражает готовность отказаться от своего спасения, если бы только это могло спасти евреев. Я убежден, что это не просто выражение национальных чувств, но действие любви Божией, произведенной в сердце Духом Святым, любви, не знающей конца и границ. Это напоминает нам Моисея, который, ходатайствуя за свой народ перед Богом, говорил: «Прости им грех их. А если нет, то изгладь и меня из книги Твоей, в которую Ты вписал» (Исх. 32:32).
В этих первых стихах 9-ой главы Римлян Павел также ясно подтверждает духовное наследие евреев: «То есть, Израильтян, которым принадлежат усыновление и слава, и заветы и законоположение, и богослужение и обетования. Их и отцы, и от них Христос по плоти, сущий над всем Бог, благословенный во веки, аминь».
О безграничной и вечной любви Бога к евреям даже в их неверующем состоянии говорят стихи 11 главы: «В отношении к благовестию, они враги ради вас, а в отношении к избранию, возлюбленные Божии ради отцев. Ибо дары и призвание Божие непреложны».
Да, уже тогда, когда Бог избирал Израиль в качестве Своего удела, Своего избранного народа, Он знал их наперед. Всю историю этого жестоковыйного, непокорного, упрямого народа Он знал от начала до конца. Еще до того, как они вошли в Землю Обетованную, их падение и изгнание было предсказано Моисеем, и сегодня мы видим уже исполнившимся предсказание 32-ой главы Второзакония об их рассеянии среди народов, об их страданиях и об их восстановлении.
Бог указывает лишь одну-единственную причину избрания Им Израиля, и мы находим ее четко сформулированной во Второзаконии 7:7, 8: «Не потому, чтобы вы были многочисленнее всех народов, принял вас Господь и избрал вас, ибо вы малочисленнее всех народов, Но потому, что любит вас Господь, и для того, чтобы сохранить клятву, которою Он клялся отцам вашим, вывел вас Господь рукою крепкою, и освободил тебя из дома рабства, из руки фараона, царя Египетского».
И пророк Иеремия говорит в 31 главе: «Издали явился мне Господь и сказал: «Любовью вечною Я возлюбил тебя и потому простер к тебе благоволение». Итак, любовь Бога к Своему народу безгранична и вечна, «для того, чтобы сохранить клятву, которою Он клялся отцам вашим», «ибо дары и призвание Божие непреложны». Поэтому любовь Божья, которая изливается в сердца верующих Духом Святым, оказывается подавленной, сдержанной, если Его вечная любовь к Своему земному народу исключена из нее.
Однажды после моего приветственного обращения на одном церковном собрании ко мне подошел человек с вопросом: «Можете ли вы сказать мне, почему мы, христиане, ненавидим евреев? Я знаю, что мы ненавидим их, потому что я ненавижу их». Я отвечал ему: «Где присутствует Иисус, там не может быть ненависти, и где есть ненависть, там нет места Иисусу».
Вы думаете, этот человек мог любить своих братьев? Почему взаимная любовь друг к другу так редко видна среди христиан? Почему мир не видит в нас главного признака учеников Христовых, той любви друг к другу, о которой говорил Господь? Я убежден, что причина этого лежит в отказе Церкви принять и разделить вечную любовь Бога к Его избранному народу.
Правда, иногда мы видим истинную любовь Божию, действующую в жизни и тех верующих, которые, как кажется, не проявляют особой любви к евреям, но я убежден, что эта любовь к Израилю никак не проявляет себя в них просто потому, что они до поры не осознают ее, будучи призваны Богом на какое-то иное служение. Отказ христианства признать важность евреев в плане Бога и Его вечную любовь к этому народу приводит к тому, что у верующих просто нет возможности осознать тот факт, что излившаяся в их сердца любовь Божия включает в себя также и особую любовь к евреям. Я абсолютно убежден, что как только дети Божии осознают этот великий факт вечной любви Бога к евреям, они внезапно почувствуют и в своем сердце великую любовь к этому народу, даже если они не слишком любили его прежде.
Во время моего служения в разных церквях и странах я очень часто испытывал великую радость — быть свидетелем пробуждения любви к Израилю в сердцах верующих. Особенно потрясает, когда это происходит с бывшими антисемитами, иногда даже активными нацистами в Германии. В таком изменении сердец могущественно переживается сила Божья.
Спустя примерно год после моего первого визита и моего первого служения в Германии я получил письмо от одного брата, которое позволю себе процитировать: «Главная цель моего сегодняшнего письма — поделиться мыслью, к которой недавно я пришел. Я постоянно размышляю над вопросом: «Что привело к столь глубокому разделению между евреями и христианами?» И недавно пришел к заключению, что это разделение стало результатом нашего неправильного отношения к Иисусу. Мы привыкли видеть в Нем только Главу христианской Церкви, но не видим в Нем Царя Иудейского. Я уверен, что это неправильно и что последствия этого отношения еще скажутся на нас в будущем.
Христос был распят не потому, что Он намеревался основать христианство, но потому, что Он публично перед Синедрионом провозгласил Себя Царем Иудейским. Уже это само по себе должно дать правильное направление нашим мыслям: Иисус — Царь иудеев, а не Царь христиан. До Его смерти Его ученики вообще не называли себя христианами, а Его последователи, ставшие впоследствии известными как христиане, видели в Нем, прежде всего, Царя Иудейского, с той лишь малой разницей, что им, язычникам, было дозволено помогать Ему основывать Его Царство в Израиле.
Стыдно, что мы смотрим на Иисуса таким искаженным взглядом. Обычно христиане говорят, что евреи отвергли своего Господа, тогда как они сами приняли Его как духовного вождя своего будущего царства. Поэтому они видят в Нем не Царя Иудейского, но лишь своего Царя! О, сколь печально должно быть для нашего Господа такое отношение, особенно среди возрожденных верующих. Но я благодарю Бога, дорогой брат, что ты открыл мне истинного Христа, Царя Иудейского. Теперь я вижу Господа иными глазами».
Этот брат из Германии впервые нашел истинного Христа, Царя Иудейского. Я получал много подобных писем.
Иисус был рожден как Царь Иудейский и умер как Царь Иудейский. Когда Он родился, спрашивали: «Где родившийся Царь Иудейский?» (Мат. 2:2) И когда Он умирал, на кресте над Его головой Понтий Пилат поместил надпись: «Сей есть Иисус, Царь Иудейский».
Учитывая, что Слово Божие говорит (Евр. 13:8): «Иисус Христос вчера и сегодня и во веки тот же», поистине странно, как христианская церковь могла полностью утерять из виду тот факт, что Иисус — вечный и неизменный Царь иудеев, и что они по сей день являются Его подданными, даже если сами и не осознают это.

Пауэль Тейн,
«Чтобы возбудить в них ревность»